Пророк, чьи слова звучат в пасхальную ночь

Есть в Библии такие строки, которые будто созданы для самого торжественного христианского праздника. Каждый год в пасхальную ночь в храмах звучит: «Смерть, где твоё жало? Ад, где твоя победа?» — и мало кто сразу вспоминает, что эти слова впервые произнёс пророк Осия за восемь веков до Рождества Христова.

Осия жил в неспокойное время. Северное Израильское царство ещё держалось, но в воздухе уже витал запах беды: политика трещала по швам, народ всё дальше уходил от Бога, а с севера надвигалась грозная Ассирия. Пророк не пытался сгладить углы. Он говорил прямо и жёстко: впереди — гибель, разорение, плен. Его слова звучали как приговор: «Опустошена будет Самария, потому что восстала против Бога своего; от меча падут они; младенцы их будут разбиты, и беременные их будут рассечены». И пророчество сбылось: в 722–721 годах до Рождества Христова ассирийцы взяли Самарию, царство пало, а народ рассеяли по чужим землям.

Но Осия не был лишь вестником беды. В его пророчествах жила и надежда. Даже имена его детей стали своего рода знаками времени: дочь звали Лорухама — «Непомилованная», сына — Лоамми — «Не Мой народ». Эти имена показывали, что Бог отворачивается от неверного народа. Но следом шло другое слово — о примирении: «Скажу не Моему народу: „Ты Мой народ“, а он скажет: „Ты мой Бог!“». То есть отвержение не становилось приговором навсегда: после наказания оставалась дорога назад, к Богу.

Христианская традиция увидела в этих словах гораздо больше, чем историю одного народа. Апостолы Пётр и Павел вспоминали их, когда говорили о том, как через веру во Христа людьми Божиими становятся не только иудеи, но и все, кто ищет Бога. Так пророчество о возвращении Израиля раскрылось как обетование спасения для всего человечества.

Особенно интересно, как евангелист Матфей прочёл одно из мест книги Осии. Пророк когда-то напомнил о древнем исходе: «Когда Израиль был юн, Я любил его и из Египта вызвал сына Моего». Речь шла о том, как Бог вывел народ из рабства. А Матфей увидел здесь прообраз иного исхода — пути Святого семейства. Спасаясь от Ирода, Иосиф увёз Младенца Христа в Египет, а потом привёл обратно в землю Израилеву. И в Евангелии звучит та же фраза: «Из Египта воззвал Я Сына Моего». Получается, история целого народа стала тенью, прообразом судьбы одного Человека — Сына Божия.

Ещё одно место из Осии христиане связывают с Воскресением. В шестой главе его книги есть такие слова: «Оживит нас через два дня, в третий день восставит нас, и мы будем жить пред лицем Его». Сначала это было обещанием, что народ, словно умерший из-за своего греха, будет возвращён к жизни. Но позже в этих строках стали видеть указание на три дня, которые Христос провёл во гробе, и на Его победу над смертью. Апостол Павел, говоря о Воскресении, ссылается на Писание — и среди этих древних строк звучит и голос Осии.

А самые известные слова пророка стали буквально пасхальным девизом. «От власти ада Я искуплю их, от смерти избавлю их. Смерть! где твоё жало? ад! где твоя победа?» Эти слова Осии повторил апостол Павел, а потом они вошли в Огласительное слово святителя Иоанна Златоуста — то самое, которое ежегодно читают в храмах в пасхальную ночь. Так получилось, что пророк, возвещавший гибель своего царства, одновременно пророчествовал о победе, которая окажется куда важнее любого земного освобождения: о победе над самой смертью.

В этом и есть удивительная глубина пророческих книг: они говорят о конкретных бедах и надеждах своего времени, но в них словно спрятан отсвет чего-то большего. Осия не знал ни про Христа, ни про Пасху в нашем понимании, но его слова оказались настолько ёмкими, что спустя века стали голосом самой великой вести, которую знает христианство.