Если ехать от Вологды на север по старой дороге, мимо Грязовца, мимо деревень с печными трубами и огородами, асфальт постепенно худеет, лес густеет, и где-то там, за поворотом, у небольшой реки Нурмы, открывается вид на белые стены и купола. Это место кажется слишком тихим для того, что в нём произошло за семь столетий. Здесь молились, горели, разграбляли, восстанавливали, снова горели, снова восстанавливали. И стоят до сих пор — стены, храм, память.
Человек из дупла
Всё началось не с храма и не с стены. Всё началось с одного человека, которому нужна была тишина. Преподобный Павел Обнорский — ученик Сергия Радонежского — пришёл в Комельский лес в конце XIV века. Лес был глухой, медвежий, без дорог. Павел нашёл липу с дуплом и жил в нём три года. Не в избе, не в келье — в дупле дерева, у речки Грязовицы. Питался тем, что давал лес: травы, коренья, ягоды. Местные крестьяне сначала боялись — думали, лесной человек, нечистый. Потом поняли: святой.
Через три года Павел перебрался к реке Нурме — ещё глубже в лес. Построил келью, выкопал колодец. К нему стали приходить другие — те, кто тоже искал тишины. Получив благословение митрополита Фотия, Павел поставил деревянный Троицкий храм. Так вокруг дерева с дуплом вырос монастырь.
Павел установил для братии строгий общежительный устав: всё общее, ничего своего, молитва и труд от рассвета до заката. Управление он поручил ученику — Алексию, сделав его игуменом. Сам Павел ушёл ещё глубже в лес — в отдельную келью, в полукилометре от обители. Он приходил к братии только на службу.
Десятого января 1429 года преподобный Павел скончался. В 1457 году его канонизировали. Мощи стали главной святыней монастыря — и главной причиной, по которой обитель потом грабили, жгли и разрушали.
Камень вместо дерева
Долгое время монастырь оставался деревянным — как и положено северной пустыни. Дерево рубили, оно горело, его рубили снова. Но в начале XVI века случилось нечто: великий князь Василий III — сын Ивана III, отец Ивана Грозного — взял обитель под свою опеку. С 1505 по 1516 год возводили каменный Троицкий собор. Для северной глуши это было событие немыслимого масштаба: каменный храм в лесу, у речки, в деревне, которой нет на карте. Но Василий III знал, что делал: монастырь стоял на северных рубежах, и каменная крепость-храм была не только домом молитвы, но и опорным пунктом.
В XVI веке обитель стала богатой. Земли, угодья, пожертвования. Но богатство привлекает не только богомольцев. В 1538 году казанские татары пришли с набегом, разграбили монастырь и сожгли его. Деревянные постройки сгорели, каменный собор устоял, но был повреждён. Братия разбрелась. Казалось — всё. Но монастырь снова подняли.
Река, которую повернули
В XVII веке монастырь отстроили заново. Появилась колокольня, монастырская ограда. Но была одна проблема: река Нурма. Она текла прямо у стен и подмывала фундаменты. Каждый год — весенний паводок, вода у стен, земля оплывает, кладка трескается.
В середине XIX века решили проблему радикально: реку повернули. Прорыли канал, отвели Нурму в сторону, а высохшее русло — старое, извилистое, с глинистыми берегами — использовали под огород. Монахи выращивали там капусту и картошку. На правом берегу нового русла, по распоряжению игумена, посадили еловую и сосновую рощи. Рощи растут до сих пор — высокие, тёмные, шумят на ветру.
В 1863–1866 годах монастырь окружили трёхметровой каменной стеной с четырьмя башнями. Стена стояла не для красоты: северные лесы не всегда были безопасны. В 1881–1887 годах поставили четырёхъярусную колокольню с луковичной главкой — высокую, видимую за многие вёрсты. К началу XX века внутри ограды находились четыре храма, два братских корпуса и трёхэтажный настоятельский корпус. В 1904 году в настоятельском корпусе открыли иконописную школу — монахи учились писать иконы, и школа была одной из немногих в этой глуши.
К западу от обители насыпали холм — усечённый конус из земли и песка. Назвали «Голгофой». На вершине в 1867–1869 годах поставили восьмиугольную деревянную часовню. Холм стоит до сих пор, и если подняться на него, видно весь монастырь — стены, купола, рощу, реку, поля за рекой.
Два пожара
В 1767 году в монастыре случился большой пожар. Деревянные постройки сгорели, погиб древний иконостас — тот самый, что стоял ещё со времён первых каменных строений. Восстанавливали долго.
А в ночь с 25 на 26 августа 1909 года загорелось снова. Пожар был сильный, уничтоживший часть построек. Но именно после него произошло нечто необычное: император Николай II и царица Александра Фёдоровна лично выделили средства на восстановление. Над мощами преподобного Павла соорудили серебряную раку с мраморной сенью — тяжёлую, нарядную, с чеканными узорами. Рака стояла в Троицком соборе, и к ней приходили паломники со всей России.
Конец и начало
В 1920 году монастырь упразднили. Монахов изгнали — кто-то ушёл в мир, кто-то в лагерь, кто-то в лес. В 1924 году обитель закрыли окончательно. И тогда началось то, что всегда начинается в таких случаях: разруха. Троицкий собор взорвали. Колокольню разобрали — кирпич пошел на строительство, на дороги, на фермы. Ограду растащили по камням. Четырёх башен не стало. Серебряная рака исчезла — может, переплавили, может, продали за границу. Что стало с мощами — неизвестно. В помещениях, которые уцелели, разместили опытную педагогическую станцию, потом школу, потом детский дом, потом школу-интернат. Территорию переименовали в село Юношеское — будто монастыря здесь никогда не было.
Деревья в роще выросли. Колодец, который выкопал сам Павел, зарос травой. «Голгофа» — насыпной холм — покрылась кустарником. Часовня на вершине обветшала, но устояла. Нурма текла по новому руслу, равнодушная к тому, что происходит на берегу.
Возвращение
В 1994 году — через семьдесят лет после закрытия — монастырь вернули Церкви. Сначала он стал подворьем Спасо-Прилуцкого монастыря: один из старших монастырей Вологодской епархии взял младшего за руку. Двадцать седьмого декабря 2003 года Павло-Обнорский монастырь стал самостоятельным.
Первым настоятелем стал игумен Амфилохий. Он пришёл не к готовой обители — он пришёл к руинам. Уцелели трапезный храм во имя Успения Божией Матери, нижние ярусы старой колокольни у восточной стены, часть настоятельского корпуса. Пятого июня 1998 года архиепископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан освятил трапезный храм, и в нём зазвучала молитва — впервые за семьдесят лет.
Игумен Амфилохий с братией — немногочисленной, поначалу буквально в несколько человек — и при поддержке благотворителей сделали то, что кажется невозможным: восстановили сохранившиеся строения, возвели часть ограды со Святыми вратами, построили деревянную колокольню — не ту, взорванную, а новую, скромнее, но звонкую. Поставили часовню над местом упокоения мощей преподобного Павла. Завели пасеку, оборудовали столярную мастерскую, организовали подсобное хозяйство. Монастырь снова стал жить — не как музей, а как обитель.
Что осталось от дупла
Липы, в которой жил Павел, давно нет. Дерево живёт меньше, чем камень, и даже легенда не продлевает ему век. Но колодец, который он выкопал, — есть. Вода в нём холодная, чистая, и местные говорят, что целебная. Родник бьёт рядом с монастырём, и многие приезжают именно за водой — с канистрами, с бутылками, с детьми.
Нижние ярусы старой колокольни уцелели — декорированные в «русско-византийском» стиле, с узорами из кирпича. Они стоят, как пень срубленного дерева: от колокольни осталось основание, но и оно — свидетельство. По нему можно представить, какой она была — высокая, четырёхъярусная, с луковичной главкой, видимая за многие вёрсты.
Холм «Голгофа» — насыпной, не природный — стоит к западу от монастыря. Если подняться на него, видно всю обитель: белые стены, купола, рощу, которую посадил игумен полтора века назад, Нурму в новом русле, поля. И тишину. Ту самую, ради которой Павел ушёл в дупло липы шестьсот лет назад.
Как добраться
Монастырь находится в селе Юношеское Грязовецкого района Вологодской области. От трассы М-8 нужно свернуть у деревни Большое Косиково и проехать около четырёх километров по просёлочной дороге. Дорога грунтовая, весной и осенью может быть трудной. Можно доехать автобусом или поездом до Грязовца, а оттуда — на такси. Монастырь открыт ежедневно с пяти утра до семи вечера, с перерывом на обед.
Благотворительный Фонд Святая Земля
Храмы и Монастыри России
