Представьте: шумная Москва, гомон торговых рядов, а где-то рядом, в Лужниках, пахнет свежей древесиной. 1460 год. Именно тогда в летописях мелькнула первая скромная запись о маленьком деревянном храме. Мало кто знает, но название «в Лучниках» могло родиться не от заливных лугов, а от звона тетивы — здесь селились мастера, гнувшие смертоносные боевые луки. Впрочем, есть и более мирная версия: место славилось торговлей обычным репчатым луком. Как бы то ни было, именно здесь, под покровительством Георгия Победоносца, начала пульсировать жизнь будущей святыни.
Каменное сердце вместо деревянного забилось здесь в XVII веке. В 1657 году «Строельная книга» впервые фиксирует добротную каменную церковь. Но истинное преображение случилось на закате столетия благодаря амбициям купца Гаврилы Никитича Романова. Не просто храм — он возводит двухэтажное великолепие. Внизу, словно вросший в землю, — тяжеловесный алтарь святого Георгия, а наверху, в потоках света, — изящный Благовещенский придел. Соединяла их галерея-гульбище, под которой и сегодня можно пройти, касаясь ладонью шершавого белого камня старинной лестницы. Главной дерзостью зодчего, чьё имя, увы, стерлось, стала колокольня. Её шатёр, накрывший зонтичный свод, стал первой в Москве конструкцией такой смелости — настоящий архитектурный прорыв.
Судьба храма — это череда пожаров и возрождений. В пламени 1812 года он горел, но не сгорел дотла, словно оберегаемый своим небесным воином. А к середине XIX века при активном участии купцов Садомова и Мазуриной здание обрело знакомый нам облик. Галерею разобрали, пристроив два симметричных придела, словно дав храму расправить плечи.
Но самые страшные раны нанес ХХ век. В 1932-м здесь обосновалось НКВД. Шатёр колокольни и купола безжалостно срезали, в стенах зазияли трещины от заводских станков обувной мастерской, а внутри устроили грузовой лифт и туалеты. Полвека здание умирало, превратившись в аварийный остов, в котором прохожие не могли опознать Дом Божий. Возрождение началось только в 1993 году.
Сегодня это снова место силы. Здесь служил святой праведный Алексий Мечёв, а последний настоятель, протоиерей Владимир Проферансов, отказавшийся сотрудничать с НКВД, был расстрелян на Бутовском полигоне. Его память здесь чтят особенно, и в отреставрированном северном приделе теперь молятся уже ему — священномученику. Храм оживает не только камнем, но и делами: тут работает приходская служба, где каждый может получить помощь без бюрократии, и перезвон колоколов теперь снова плывет над старыми улочками, напоминая, что настоящая прочность измеряется не веками, а верой.
Благотворительный Фонд Святая Земля
Храмы и Монастыри России
