Священномученик Симеон, епископ Персидский

В апреле 344 года столица сасанидского Ирана стала местом одной из самых массовых казней раннего христианства. За отказ поклониться солнцу и выплачивать новый налог в течение пасхальной недели обезглавили епископа Симеона и, по разным данным, от 1150 до 1250 его единоверцев.

Конфликт спровоцировал указ шахиншаха Сапора II, наложившего на последователей Христа крупные подати. Когда часть верующих отказалась платить, власти расценили это как бунт, а на предстоятеля Селевкии-Ктесифона поступил донос о связях с греками и вражде против трона. Симеона заковали в кандалы и вместе с двумя пресвитерами — Авделаем и Ананией — доставили на суд.

Перед лицом правителя архиерей демонстративно нарушил этикет, не став кланяться. На требование объяснить дерзость он ответил: почести возможны только перед сановником, но не перед гонителем, принуждающим к вероотступничеству. Шах потребовал поклониться солнцу, угрожая истребить в стране христианство полностью, однако узник не дрогнул.

По дороге в тюрьму произошёл поворотный эпизод. Бывший наставник царя, евнух Усфазан, приветствовал осуждённого, но святитель отвернулся, упрекнув царедворца в малодушном идолопоклонстве. Потрясённый старец прилюдно раскаялся, сменил пышные одеяния на рубище и заявил Сапору II о возврате к Единому Богу. Монарх, удивлённый внезапной стойкостью любимца, пытался переубедить его мягко, но после твёрдого отказа велел казнить. По личной просьбе Усфазана глашатаи объявили городу: он умирает не как преступник, а как христианин.

Во время повторного допроса Симеон вновь исповедал Христа. Разъярённый шах распорядился умертвить на его глазах всех томившихся в темнице верующих. Осуждённые подходили к палачу без страха, принимая благословение епископа. Первым сложил голову пресвитер Авделай. Когда наступила очередь Анании, тот на мгновение заколебался. Тайный последователь христианства, вельможа Фусик, испугавшись отречения старца, выкрикнул слова поддержки — и тем раскрыл себя. Фусику вырвали язык и живьём сняли кожу; вместе с ним замучили его дочь Аскитрею. Последним на плаху взошёл сам архиерей.

Казни не прекращались до 23 апреля. Летописи фиксируют гибель тремя волнами: тысячу человек, затем ещё сотню, а после — ещё полторы сотни. Среди убитых оказался и приближённый к трону сановник, евнух Азат.